Мы очень любим работать в начале сезона

Что происходит с образцами меда, взятыми в пасечников, которые изъявили желание продать его заготовщикам, обычно остается тайной. Сегодня о том, как проводятся анализы i какие вещества иногда оказываются в мёде, разговариваем с заведующей лабораторией ООО «СП« Мед Подолья »Людмилой Бинцаровской.

— Людмила Дмитриевна, каков порядок проведения анализов меда?

— Образцы, отобранные из меда, которые пчеловоды нам предлагают, нумеруются, указывается тоннаж и фамилия, после чего начинается исследование. Если это сортовые, то сначала под микроскопом проводим пыльцевой анализ, выясняя, какой это на самом деле мед, соответствует ли он требованиям монофлорности, например, собранный из акации или из гречки, может быть какой-то другой вид. Затем делаем физико-химический исследования. Если по результатам анализов установлено, что мед из акации, то проверяем соотношение глюкозы к фруктозе, согласно которому решаем, он нам подходит. Далее проводится исследование на содержание и уровень гидроксиметилфурфуролу. Слишком его количество может означать, что мед перегрет, потому что иногда зимой Незакристаллизованные меди хотят сдать как сортовой акациевый мед. Мы принимаем мед при условии, что содержание гидроксиметилфурфуролу НЕ выше десяти миллиграммов на один килограмм продукта. Случалось i так, что проявляли i 20 i 40, а то i 200 мг, если уж совсем мед переварен i еще что-то нахимичено. Во-первых, мед должен разогреваться при температуре не выше 40 градусов. Во-вторых, при чрезмерном длительном pозогреве разрушаются все полезные вещества.

— А как определяют наличие или отсутствие антибиотиков?

— Поскольку сейчас большой наплыв меда, i все хотят как можно быстрее получить результаты, то анализы на содержание антибиотиков и определения их видов проводят pазные лаборанты. Марина Андрощук проводит исследования по выявлению остатков таких антиботиков как метронидазол и нитрофураны. Елена Печенюк специализируется на выявлении тетрациклина, стрептомицина, хлорамфеникола и синтомицина, а Татьяна Смачелюк — сульфаниламидов. Их есть несколько видов, поэтому для классификации используем прибор «Рандекс». Любовь Потурнак проводит органолептические и физико-химические исследования, то есть определяет процент воды, кислотность, диастазное число, содержание гидроксиметилфурфуролу, механических домешек. Она проводит пыльцевой анализ и определяет цвет меда в единицах на специальном приборе. Для примера: цвет акации от 5 до 15 единиц, рапса — 15-25, разнотравье — 25-45, гречихи 60-100.

— Во что обходятся такие анализы?

— Это зависит вида антибиотиков. Если взять один не самый дорогостоящий анализ, то в ЗОО гривен. А если это сульфаниламиды, то — 650 гривен. Поэтому стараемся объединять образцы из разных пасек в партии по пять тонн. Если же оказывается антибиотик, тогда делаем разбивку, чтобы выяснить, какой именно антибиотик есть в медовые i в образцовые которого пасечника он присутствует. Если же антибиотиков в таком объединенном образцовые не проявляем, тогда проводим другие исследования.

— Как часто обнаруживаете антибиотики?

— Это зависит от времени. В начале сезона это случается очень редко — тогда мед идет чистый i все складывается хорошо. А вот к концу года i зимой это бывает довольно часто, потому что пчеловоды сдают остатки меда. И что характерно, что обнаруживаем не какой отдельный антибиотик, а все виды. Вот сейчас, например, есть проблема с синтомицином. Раньше часто проявляли метронидазол.

— А когда находите антибиотики, делаете с загрязненным медом?

— Ничего не делаем. Просто возвращаем сдатчику, а менеджер заносит имя этого пасечника в «черный список» и меда у него больше не покупаем, чтобы исключить эти неприятные нюансы. Ведь нам также не выгодно каждый раз испытывать таких затрат. Это не только реактивы тратятся, но и время.

— Как часто к вам попадают образцы меда, в котором отсутствуют какие-либо запрещены вещества?

— Обычно в большинстве случаев так и бывает, что никаких запрещенных веществ не находим.

— А перед отправлением меда на экспорт проверяете еще раз?

— Да, проверяем контрольные образцы. Вот они у нас стоят. Это уже гомогенизированный мед, и каждый образец взят из 20 тонн. Вот гречка, а это мед с разнотравья, собранный пчелами в конце года. Он такой темный цвет. А в начале сезона мед светлый. Мы очень любим работать в начале сезона. Единственное что у нас тогда большие нагрузки особенно по исследованиям меда на наличие пыльцевых зерен для определения вида меда, потому что он идет свежий, жидкий и все его хотят сдать как сортовой, как акацию, например. Поэтому нужно каждую пробу отдельно исследовать.

— Насколько сложно проводить такой анализ?

Пыльцевой анализ сложнее тем, что отдельно надо проверить образцы меда каждого сдатчика. А это примерно полчаса один образец обрабатывается в центрифуге. А его еще надо подготовить определенным образом, посмотреть под микроскопом, определить характер пыльцевых зерен, потом еще помыть лабораторное принадлежности. Для этого анализа нельзя объединить пробы из пяти тонн i вместе проверить, как мы это делаем с антибиотиками. Поэтому сложнее делать анализ на отнесение меда к тому или иному виду. Ну, и очень трудно для зрения, ведь каждый раз нужно внимательно рассматривать вид и количество пыльцевых зерен под микроскопом.

— Сколько всего за рабочий день можете проверить образцов?

— В зависимости от того, какие анализы приходится делать и какие результаты получаем. Вполне реально провести анализ на 30 проб, каждая из которых составлена ​​из пяти тонн меда. Но это только при условии, что мы ничего запрещенного в тех образцах не обнаружили. Но когда приходится эти пять тонн разбивать по каждому сдатчику и проводить отдельные анализы, понятно, что тратится значительно боль не времени. В общем проводим анализы на семь видов антибиотиков.

— Требования к меду, который идет на экспорт и тому, который реализуется на украинском рынке чем-то отличаются?

— Нет, не отличаются. Наш мед одного качества и на экспорт, и для реализации в Украине. Мы выбраковываем тот мед, который не проходит по требованиям украинского законодательства. А уже качественный мед распределяется и за границу, и для наших потребителей. Выбракованный — весь возвращается пасечнику.

— А как определяете качество воска?

— Для этого сначала берем пробу из воска, который нам привозят пчеловоды, и проводим анализ в соответствии с правилами, которые записаны в инструкции. Но устанавливаем только уровень чистоты воска. Мы не определяем, какие именно там есть примеси. Главное — выяснить они там или нет.

— По вашему опыту проведения анализов воска, который бывает процент примесей?

— Случался воск, в котором было и 30, и 60 процентов примесей. Мы определяем чистый или не чистый воск. Принимаем только тот, в котором примеси отсутствуют. Даже по цвету можно определить наличие примесей: если он слишком темный, то скорее всего некачественный.

— Часто обнаруживаете в медовые ГМО?

— Анализы на наличие ГМО мы не делаем. Образцы регулярно отпрявляются к другим специализированным лабораториям.

А. Сидорчук.

P.S. Отправляясь в Винницу, захватили с собой несколько образцов воска, чтобы провести их анализ. Лаборант Люба Потурнак сразу же взяла навески с этого воска и провела его анализ. Позже выяснилось, что из трех образцов, предоставленных в лабораторию для исследований, два содержали чистый воск, а вот в третьем оказалось около сорока процентов примесей, в том числе и церезин. Такой воск не только для изготовления вощины не годится, но и переработан на свечи может представлять угрозу для здоровья людей.

Поделиться:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

cart0
x
Смотреть настольную версию Вернуться к мобильной версии